Меню
1495
Мы с Олегом прокатились по рекам Карелии. Для рыбалки рановато: большинство рек подо льдом. К реке Суна у Гирваса мы не смогли прорваться — на дорогах брусверы из очень сильно уплотнённого снега. У поворота с шоссе на дорогу к Гирвасу мы всегда заезжаем пообедать в кафе «Рыбка». У входа в кафе, держа подносс угощением в плавниках, рыбка золотая очень похожая на сига. Обслуживают в кафе быстро. Кормят вкусно и недорого. Шустрая буфетчица, обладающая немалыми достоинствами, выпирающими со всех строн. по моей просьбе сфотографировала нас. К ночи мы решили встать лагерем на берегу полностью вскрывшейся реки Нива. У моста на границе воды и суши обнаружились следы пребывания наших предшественников. Льда на быстрой и порожистой Ниве уже нет и в помине, а вот на берегах… ЗИМА! Прежде чем поставить палатки пришлось поработать лопатой. Зато ночевали мы с комфортом: Олег взял с собой даже раскладушку, стол и зажёг газовое отопление. Меня вполне удовлетворил спальный мешок с туристским ковриком на снегу пола. На ночь мы поставили шесть донок наживлённых карасиками. Утром оказалось сорвано два живца и один пожёван. На одной донке был очень энергичный (в воде) налим. На снегу он быстро успокоился. Вес его был чуток именьше кило, двоим на обед хватило. Путь наш был дальше на север. Мне очень хотелось попасть в деревню Чёлмужи где ловится знаменитый чёлмужский сиг. Великий Сабанеев описывал, что в те времена попадались экземпляры до одиннадцати килограмм: «Сиг этот — самая дорогая рыба из всех онежских рыб, дороже самого лосося...» Мы проехали на машине почти до самой Чолмужской губы. Встретил нас молодой кобель самоедовской лайки очень настороженно.  Я с ним познакомился и малость поиграл. Игры у пса немного грубоваты: даже дружелюбно играя он может нанести травмы. Я сказал об этом псу, он расстроился и загрустил продолжая ходить за мной по пятам. Пришлось приказать псу вернуться — ну не увозить же чужую собаку. Послушался.     Кроме пса я пообщался и с местным мужиком. Он мне рассказал, что уловы чёлмужского сига год от года падают. Виной тому применение мелкоячеистых лесочных китайских сетей. Хапуги вылавливают во время нереста всех особей без разбора. Рыбак, выходивший со льда пролива, показал свой улов: десяток плотвичек по 30г. «Перед кошкой стыдно!»     Самой дальней точкой нашего путешествия был город Пудож. Река Водла там стоит подтаким прочным льдом, что рыбаки по нему до сих пор ездят на снегоходах. Абориген сообщил что: «Сети снимают. Скоро льду каюк».        Весь порт на этой реке заполнен холмами гравия и штабелями леса. По всем дорогам Карелии лесовозы везут брёвна. Скоро лес погрузят на баржи и повезут на деревообрабатывающие предприятия. Лес и гравий — основа экономики Карелии. Не зря основу герба Медвежегорска составляют листья. На обратном пути домой мы заехали в город Новая Ладога. Питерские рыбаки интересовались: «Как скоро сойдёт лёд в каналах и туда попрёт плотва на нерест?» Каналы уже очистились от льда. В канале Волховец (как и во всей Ладоге) необычайно высокий уровень воды. Да и в Новоладожском канале вода поднялась. Она прёт в канал из Волхова мощным потоком. Староладожский канал мало интересует рыбаков. В нём тоже открытая вода. На Волхове рыбаки уже вовсю ловят белую рыбу летними удочками. Вот так мы за двое суток скатались из весны в зиму и вернулись в лето.